Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
16:54 

Принцессе, которой больше нет

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Харуки Мураками

Принцессе, которой больше нет



Красивая девушка, хватившая родительской любви и избалованная настолько, что последствия уже необратимы, имеет особый талант портить настроение другим людям.

Я был тогда молод (двадцать один год, а может двадцать два), и эта ее черта меня неприятно задевала. По прошествии лет думаешь: наверное, делая по привычке больно другим, сама себе она тоже делала больно. А может, еще просто не научилась управлять собой. Если бы кто-нибудь сильный, стоящий на земле тверже, умело вскрыл бы ее в нужном месте и выпустил наружу ее «эго», ей наверняка полегчало бы. Она, если разобраться, тоже нуждалась в помощи.

Но вокруг нее не было ни одного человека сильнее. А я — что я... В молодости до таких вещей не додумываешься. Мне было неприятно — вот и все.

Когда она почему-то — а часто и безо всякой причины — преисполнялась решимости кого-нибудь уделать, этому не мог сопротивляться даже собравший всю свою армию король. Яд ее был безотказен — на глазах у всей публики она мастерски заманивала жертву в глухой угол, припирала там к стене и красиво размазывала по ней лопаткой, как хорошо разваренную картошку. Останки бывали не толще папиросной бумаги. Даже сегодня, вспоминая это, я признаю ее несомненный талант.

И не то, чтобы она была классным, искушенным в логике оратором — нет, просто она моментально чуяла, где у человека самые уязвимые места. Подобно дикому зверю, она припадала на брюхо в ожидании подходящего момента, а когда он наступал, вцеплялась жертве в мягкое горло, чтобы разорвать его. Очень часто ее слова были умелым жульничеством, ловкими натяжками — так что уже после, перебирая в памяти проигранную битву, как самому несчастному, так и нам, сторонним наблюдателям, оставалось только чесать в затылках. Но главное — она завладевала чувствительными точками, после чего становилось невозможно пошевелиться. В боксе это называется «остановка ног» — ситуация, когда остается лишь рухнуть на маты. Сам я, к счастью, экзекуции не подвергся ни разу, но созерцать это зрелище пришлось не единожды. Его нельзя было назвать спором, перебранкой или ссорой. Это было просто кровавое, зверское убийство — только что не физическое.

Я терпеть ее не мог в такие минуты, а парни вокруг по той же самой причине ее высоко ценили. «Девчонка способная, не дура», — думали они — и тем самым поощряли ее наклонности. Получался порочный круг. Выхода не было. Как в той сказке про негритенка, где три тигра бегали друг за другом вокруг пальмы, пока не расплавились.

В компании были и другие девчонки, но что они про нее говорили или думали — мне, увы, неизвестно. Я не был своим в их кругу, имел скорее статус «гостя» — и ни с кем не общался настолько тесно, чтобы выведать потаенные мысли этих девчонок.

По большей части их объединяли горные лыжи. Необычная эта компания была сбита из членов горнолыжных клубов трех университетов. В зимние каникулы они уезжали на долгие сборы, а в другое время собирались для тренировок, выпивки и поездок к морю. Было их двадцать два человека, а может, двадцать три — и все симпатичные ребята. Очень симпатичные и доброжелательные. Но сейчас я пытаюсь вспомнить кого-нибудь из них, хотя бы одного — и не могу. Они все перемешались у меня в голове, растаяли, как шоколад, никого не выделить и не различить. Она одна стоит особняком.

Меня лыжи не интересовали, можно сказать, совершенно. Но один мой школьный друг был близок с этими ребятами — а я в силу некоторых причин целый месяц дармоедом жил у него в квартире, познакомился там с ними, и они меня сразу сочли своим. Думаю, здесь сыграло роль еще и то, что я умел подсчитывать очки в маджонге. Так или иначе, относились они ко мне очень по-доброму и даже звали с собой кататься. Я отказывался, говорил, что мне ничего не интересно, кроме отжиманий от пола. А сегодня думаю, что зря так говорил. Они были по-настоящему добрыми людьми. Даже если бы я и вправду любил отжимания гораздо больше лыж, говорить так не стоило.

Приятель, у которого я жил, был от нее без ума — с самого начала и до тех пор, покуда хватает моей памяти. Она и в самом деле принадлежала к тому типу, который сводит с ума большинство мужчин. Даже я — встреться мы с нею при немножко других обстоятельствах — мог бы влюбиться с первого взгляда. Изложить на бумаге, в чем состояла ее привлекательность — задача сравнительно нетрудная. Для исчерпывающего представления о ней достаточно отметить три момента, а именно: a). ум, б). переполненность жизненной силой и в). кокетливость.

Невысокая, худенькая, отлично сложенная, энергия из нее так и била. Глаза блестели. Рот прорезан одной упрямой прямой линией. На лице обычно держалось будто бы недовольное выражение, но иногда она приветливо улыбалась — и тогда весь воздух вокруг нее моментально смягчался, точно произошло какое-то чудо. Я не пытался испытывать никаких чувств к ее наружности, но мне нравилось, как она улыбается. Так что нельзя утверждать, что я не влюбился бы в нее ни при каких обстоятельствах. Совсем давно, еще школьником, я видел в учебнике английского такую фразу: «схваченный весной» (arrested in a springtime) — так это как раз про ее улыбку. Смог бы разве кто-нибудь ругать теплый весенний денек?

Своего парня у нее не было, но трое из компании — и мой приятель, конечно, среди них — горели к ней страстью. Она же никого из троих особенно не выделяла, умело манипулировала всеми в зависимости от обстоятельств. Да и сами эти трое, по крайней мере внешне, друг другу на ноги не наступали, вели себя вежливо и казались вполне веселыми. К этой картине я привыкнуть не мог — но, в конце концов, то были чужие проблемы, меня они не касались. Я не лезу куда попало со своим мнением.

С первого взгляда она мне сильно не понравилась. В вопросах испорченности, как мне и полагалось, я был большим авторитетом, и определить, до какой степени она испорчена, никакого труда не составило. Ее и баловали, и нахваливали, и оберегали, и задаривали — всего этого было с лихвой. Но проблема тем не ограничивалась. Разные потакания и деньги на карманные расходы еще не есть решающий фактор в том, чтобы ребенок испортился. Самое главное: кто отвечает за то, чтобы ребенка не облучали всевозможные деформированные эмоции, вызревающие в окружающих взрослых. Если все отступились от этой ответственности и ребенок видит вокруг одни умильные лица, то такой ребенок определенно испортится. Это как сильные ультрафиолетовые лучи, что поджаривают обнаженное тело на полуденном летнем пляже — нежному, новорожденному «эго» наносится непоправимый вред. Вот в чем основная проблема. А то, что ребенка балуют или дают слишком много денег — это лишь побочный, сопутствующий элемент.

Когда мы с нею первый раз увиделись и обменялись двумя-тремя словами, а после я немножко за ней понаблюдал — мне, откровенно говоря, стало совсем тошно. Пусть даже причина и не в ней, думал я, а в ком-то другом — все равно не надо так себя вести. Пусть даже человеческие «эго» сильно разнятся и в принципе уродливы по определению — ей все-таки стоит сделать хоть какое-то усилие. Так что я тогда решил если и не избегать ее, то хотя бы не сближаться больше, чем это нужно.

Из разговора с одним человеком я узнал, что семейство ее с токугавских времен держит знаменитую первоклассную гостиницу — в префектуре Исигава или где-то в тех краях. Ее брат был намного старше, и поэтому ее воспитывали бережно, как единственного ребенка. Отличница и к тому же красавица, любимица учителей и предмет внимания одноклассников — вот что за жизнь была у нее в школе. Разговор этот я вел не с ней самой, так что неясно, где тут кончается истина — но все довольно правдоподобно. Кроме того, еще маленькой она начала учиться на фортепиано и здесь тоже дошла до приличного уровня. Только раз у кого-то в гостях я слышал, как она играет. В музыке я разбираюсь не слишком хорошо и кроме эмоциональной глубины исполнения мне трудно что-либо оценить. Она касалась клавиш отрывисто, как танцуя, и ни в одной ноте не было ни малейшей ошибки.

Само собой, окружающие прочили ей консерваторию и карьеру профессиональной пианистки, как вдруг она, вопреки всем ожиданиям, без сожаления забросила фортепиано и поступила в художественный институт. А там стала изучать дизайн и окраску кимоно. Для нее это была совершенно незнакомая сфера, но ее выручала интуиция, впитанная с детства, — ведь она росла, окруженная старинной одеждой. И в этой области она обнаружила талант, и здесь ее заметили. Короче говоря, за что бы она ни бралась, все у нее получалось лучше, чем у остальных. Лыжи, плавание, парусный спорт — везде она была на высоте.

И по этой причине никто вокруг не мог ткнуть пальцем и сказать: вот здесь у нее слабое место. Ее нетерпимость объясняли артистическим темпераментом, а истерические наклонности списывали на повышенную сенсибильность. Так она стала в компании королевой. Жила в Нэдзу, в стильном многоквартирном доме, где ее отец в порядке борьбы с налогами снимал четырехкомнатную квартиру, якобы для работы. Когда случалось настроение, молотила по фортепьяно; шкаф был битком набит новыми нарядами. Стоило ей хлопнуть в ладоши (выражаясь фигурально, конечно), как несколько любезных поклонников оказывались рядом, чтобы помочь. Многие верили, что в будущем она добьется изрядных успехов в своей специальности. Тогда казалось, что не существует решительно ничего, что могло бы помешать ее движению вперед. «Тогда» — это примерно в семидесятом или семьдесят первом году.

Один раз, при странных обстоятельствах, я ее обнимал. Это не значит, что я занимался с ней сексом — просто физически обнимал, не более. Дело было так: мы напились и спали вповалку, а потом оказалось, что она как раз возле меня. Ситуация самая обычная. Однако даже сейчас я помню все на удивление отчетливо.





Я проснулся в три часа ночи и вдруг увидел, что она лежит со мной под одним одеялом и сладко посапывает. Было начало июня, самый сезон для спанья вповалку — но, поскольку за неимением матрацев мы улеглись прямо на татами, то все суставы теперь ныли, несмотря на молодость. К тому же моя левая рука была у нее вместо подушки — я не мог ею даже пошевельнуть. Жутко, безумно хотелось пить, но скинуть ее голову с руки не было никакой возможности. Тихонько обнять ее за шею, приподнять голову и высвободить руку — тоже никак. В самый разгар этой операции она могла бы проснуться и истолковать мои действия совершенно неверно — разве смог бы я такое вынести?

В общем, немножко поразмыслив, я решил ничего не делать и подождать, пока ситуация изменится. Вдруг она будет ворочаться? Я тогда изловчился бы, вытащил из-под нее руку и сходил бы попить. Но она даже не вздрагивала. Повернувшись лицом ко мне, она дышала размеренно и методично. Рукав моей рубашки от ее теплого дыхания намок, и мне было странно и щекотно.

Думаю, я прождал так пятнадцать или двадцать минут. Она все не шевелилась, и в конце концов я примирился с невозможностью дойти до воды. Терпеть жажду было трудно, но смерть от нее пока не грозила. Изо всех сил стараясь не шевелить левой рукой, я повернул голову и, заметив чьи-то сигареты и зажигалку, валявшиеся в изголовье, потянулся за ними правой. После чего, прекрасно понимая, что это только усилит жажду, закурил.

На самом же деле, когда я кончил курить и засунул окурок в ближайшую банку из-под пива, случилось чудо — жажда слегка отступила. Я вздохнул, закрыл глаза и попытался снова уснуть. Рядом с квартирой проходила скоростная автострада; звук плоских, словно раздавленных, шин полночных грузовиков за тонким стеклом окна слегка сотрясал воздух в комнате, проникая в нее и смешиваясь с сопением и похрапыванием нескольких человек. Меня посетила мысль, которая обычно посещает проснувшегося посреди ночи в чужом доме: «А что я, собственно, здесь делаю?» И в самом деле — никакого смысла, просто полный ноль.

Вконец запутавшись в отношениях со своей подругой, я оказался на улице и нагрянул жить к приятелю. Не занимаясь лыжами, влился в какую-то непонятную лыжную компанию. И теперь, в довершение всего, рука моя служит подушкой девчонке, которая нравиться мне никак не может. Подумать обо всем этом — сущая тоска. Думаешь: да разве этим надо сейчас заниматься? Но когда дело доходит до вопроса, чем же именно надо заниматься, никакого ответа не вырисовывается.

Я отказался от мысли заснуть, снова открыл глаза и бездумно уставился на фонарик светлячка, болтавшегося под потолком. Тут она заворочалась у меня на левой руке. Однако, руку не выпустила, а наоборот, как-то скользнула в мою сторону и тесно ко мне прижалась. Ее ухо пришлось на кончик моего носа; чувствовался еще не выветрившийся аромат одеколона и едва заметный запах пота. Слегка согнутые ноги ее лежали у меня на бедре. Дышала она так же, как и раньше, спокойно и методично. Теплое дыхание долетало до моего горла, а в такт ему поднималась и опускалась мягкая грудь, упиравшаяся мне в бок. На ней была облегающая рубашка из джерси, заправленная в юбку-клеш, и я мог четко прочувствовать все линии ее тела.

Положение было странное до невозможности. При ином раскладе, с другой девчонкой, разве не смог бы я от души порадоваться такому повороту? Но с нею я впадал в смятение. Честно говоря, я вообще понятия не имел, что придумать в подобных обстоятельствах. Да тут и никакая придумка не помогла бы — слишком уж дурацкая ситуация. К тому же, еще больше усугубляя картину, мой пенис, прижатый ее ногой, начал понемногу твердеть.

Она по-прежнему сопела в том же духе — но, думал я, она ведь должна прекрасно улавливать изменения формы моего пениса. Чуть погодя, будто бы нисколько и не просыпаясь, она тихонько просунула руку и обняла меня за спину, а потом чуть повернулась у меня на руке. Теперь ее грудь еще теснее прижалась к моей, а пенис прижался к мягкому низу ее живота. Положение стало хуже некуда.

Загнанный в такую вот ситуацию, я, конечно, в известной мере на нее злился — но вместе с тем объятия красивой женщины несут в себе элемент некоего жизненного тепла, — и меня всего обволакивало это одуряющее, газообразное чувство. Никуда уже не убежать. Она отлично чувствовала все мое душевное состояние, и от этого я снова злился — но перед лицом чудовищного дисбаланса, который являл мой распухший пенис, злость теряла всякий смысл. Плюнув на все, я закинул свободную руку ей за спину. Теперь окончательно получалось, что мы обнимаемся.

Однако и после этого мы оба делали вид, что крепко спим. Я чувствовал своей грудью ее грудь, она ощущала областью чуть ниже пупка мой твердый пенис — и мы долго лежали, не шевелясь. Я разглядывал ее маленькое ухо и линию мягких волос, она не сводила глаз с моего горла. Притворяясь спящими, мы думали об одном и том же. Я представлял, как мои пальцы проскальзывают в ее юбку, а она — как расстегивает молнию на моих брюках и дотрагивается до теплого, гладкого пениса. Чудесным образом мы могли прочитывать мысли друг друга. Очень странное ощущение. Она думала о моем пенисе. И пенис мой, о котором она думала, казался мне совершенно не моим, а чьим-то чужим. Однако, что ни говори, то был мой пенис. А я думал о маленьких трусиках под ее юбкой и о жаркой вагине под ними. И возможно, что она ощущала свою вагину, о которой я думал, так же, как я ощущал свой пенис, о котором думала она. Хотя кто его знает — может, девчонки ощущают свои вагины совершенно иначе, чем мы свои пенисы? В подобных вещах я не очень разбираюсь.

Но и после долгих колебаний я не сунул пальцев к ней в юбку, а она не расстегнула молнии на моих штанах. Тогда казалось, что сдерживать это неестественно, но в конечном счете, я думаю, все было правильно. Я боялся, что если дать ситуации толчок к развитию, то она загонит нас в лабиринт неминуемой страсти. И она чувствовала, что я этого боюсь.

Обнявшись так, мы лежали минут тридцать, а когда утро осветило комнату до самых дальних углов, оторвались друг от друга. Но и оторвавшись от нее, я чувствовал, как в воздухе вокруг меня плавает запах ее кожи.





С тех пор я с нею ни разу не встречался. Она нашла квартиру в пригороде, переехала туда и так отошла от этой странной компании. Я бы даже сказал, очень странной — но это исключительно мое мнение; сами-то они, наверное, никогда себе странными не казались. Думаю, в их глазах мое бытие выглядело куда более странным.

После этого я несколько раз встречался с моим добрым товарищем, давшим мне приют, и мы, конечно же, говорили о ней — но я не могу вспомнить, что это были за разговоры. Боюсь, просто бесконечные переливания из пустого в порожнее. Товарищ этот закончил университет, уехал к себе в Кансэй, и мы с ним перестали видеться. А потом прошло двенадцать или тринадцать лет, и я постарел ровно на столько же.

У старения есть одно преимущество: сфера предметов, вызывающих любопытство, ограничивается. Вот и у меня в ходе старения стало гораздо меньше поводов для общения со всякого рода странными людьми. Бывает, по какому-нибудь внезапному поводу я вспоминаю таких людей, встречавшихся мне раньше, но воодушевляет это не больше, чем обрывок пейзажа, зацепившийся за край памяти. Ничего ностальгического, и ничего неприятного.

Просто несколько лет назад я совершенно случайно встретился с ее мужем. Он был моего возраста и работал директором фирмы по торговле пластинками. Высокого роста и спокойного нрава, он казался человеком неплохим. Волосы его были пострижены ровно, как газон на стадионе. Встретился я с ним по делу, но когда деловой разговор закончился, он сказал, что его жена раньше меня знала. Потом назвал ее девичью фамилию. Эта фамилия ни с чем не увязалась у меня в голове, но после того, как он назвал университет и напомнил про фортепиано, я наконец понял, о ком идет речь.

— Да, помню, — сказал я.

Так обнаружились ее следы.

— Она говорит, господин Мураками, что видела вас на фотографии в каком-то журнале и сразу узнала. Была очень рада.

— Я тоже рад, — сказал я. На самом деле, тот факт, что она меня помнит, вызывал у меня не столько радость, сколько удивление. Ведь мы с ней виделись совсем короткое время и лично почти не разговаривали. Как-то удивительно вдруг встретить собственную старую тень. Я потягивал кофе, и мне вспоминалась ее мягкая грудь, запах волос и мой эрегированый пенис.

— Она была очаровательна, — сказал я. — У нее все хорошо?

— Да ничего... Скажем так, сносно. — Он говорил медленно, как бы выбирая слова.

— Что-то не в порядке? — поинтересовался я.

— Да нет, нельзя сказать, что совсем здоровья нет. Хотя сказать, что все в порядке, тоже несколько лет уже как нельзя.

Я не мог установить, до каких пределов его можно расспрашивать, и поэтому ограничился неопределенным кивком. Да по правде сказать, я и не собирался у него выпытывать про ее дальнейшую судьбу.

— Как-то я не по существу сказал, да? — Он слабо улыбнулся. — Довольно трудно рассказать это с толком и по порядку. Хотя вообще-то ей полегчало. По крайней мере, сейчас гораздо лучше, чем раньше.

Я проглотил остатки кофе и, в некотором недоумении по поводу сказанного, решил все-таки задать вопрос:

— Извините, может быть я поднимаю щекотливую тему, — с ней что-нибудь случилось? А то я вас слушаю, но как-то не все понимаю.

Он достал из кармана брюк красную пачку «Мальборо» и закурил. Ногти на указательном и среднем пальцах его правой руки были пожелтевшими, как у заядлого курильщика. Некоторое время он их разглядывал.

— Ладно, — сказал он. — Я этого от людей не прячу, да тут и не настолько все плохо. Просто несчастный случай. Однако, может нам поговорить в другом месте? Как вы думаете?

Мы вышли из закусочной и, пройдя немного по вечерней улице, зашли в маленький бар недалеко от станции метро. Видимо, бывая там часто, он сел за стойку и по-свойски заказал двойной шотландский виски «он зе рок» в большом стакане и бутылку французской соды. Я попросил пива. Он плеснул немножко соды в свой «он зе рок», слегка размешал и одним глотком выпил полстакана. Я отхлебнул пива и, наблюдая, как в кружке пузырится пена, ждал рассказа. Удостоверившись, что виски прошло вниз по пищеводу и как следует улеглось в желудке, он приступил:

— Десять лет, как я женился. А познакомились мы на лыжном курорте. Я уже два года работал в этой фирме, а она закончила университет и болталась без дела, толком ничем не занимаясь. Иногда в ресторане подрабатывала на фортепиано. В общем, поженились. С женитьбой никаких проблем не было. И ее семья, и моя семья брак одобрили. Она была очень красивая и сводила меня с ума. Короче, банальная история, как у всех.

Он закурил. Я снова отхлебнул пива.

— Банальная женитьба. Но меня вполне удовлетворяла. Я знал, что у нее до брака было несколько любовников, но для меня это было не столь важно. Я, если разобраться, большой реалист — может, в прошлом там что-нибудь и было, но раз уж вреда от этого нет, то мне, можно сказать, все равно. Я вообще считаю, что жизнь в сущности — штука банальная. Работа, семья, дом — если к чему-то из этого есть интерес, то это интерес к банальному. Так я думаю. Но она так не считала. И потихоньку все начало идти наперекосяк. Конечно, я ее состояние понимал. Она была еще молода, красива и полна энергии. Говоря коротко, она привыкла требовать от других и получать. Но то, что я мог ей дать, было сильно ограничено — смотря чего и смотря сколько.

Он заказал еще «он зе рок». У меня же оставалась еще половина пива.

— Через три года после женитьбы родился ребенок. Девочка. Самому хвалить неловко, но чудная была девочка. Была бы жива, сейчас бы уже в школу ходила.

— Она что, умерла? — спросил я.

— Да, — сказал он. — Через пять месяцев после рождения умерла. Довольно часто бывает. Ребенок ворочается во сне, запутается лицом в покрывале и задохнется. Никто не виноват. Просто несчастный случай. Если бы повезло, может предотвратили бы. Но получается, что не повезло. И винить некого. Некоторые ее винили, что она ребенка оставила одного и пошла в магазин — да она и сама себя винила. Но ведь это судьба. Я буду в такой ситуации смотреть за ребенком или вы — все равно несчастный случай произойдет с той же вероятностью. Я так думаю. Вы согласны?

— Да, наверное, — согласился я.

— А как я вам уже говорил, я большой реалист. Если даже кто-то умирает, то через короткое время я к этому в достаточной степени привыкаю. У меня почему-то в роду было много смертей от несчастных случаев, все время происходит что-нибудь такое. Поэтому то, что ребенок умер раньше родителей, для меня не очень большая редкость. А для родителей нет ничего хуже, чем потерять ребенка. Кто этого не испытал, тот не поймет. Но при этом самое серьезное — в тех, кто остается жить. Я теперь стал все время так думать. То есть, проблема не в моих переживаниях, а в ее. Она такой эмоциональной закалки никогда не получала. Вы ведь ее знаете?

— Знаю, — просто сказал я.

— А смерть — событие совершенно особое. Мне иногда кажется, что человеческую жизнь определяют довольно большие сгустки энергии, которые вызываются смертями других людей, — это можно также назвать чувством потери или еще как-нибудь. Но у нее против этого не было выстроено никакой защиты. В сущности, — сказал он, соединив ладони над стойкой, — она привыкла серьезно относиться только к самой себе. И поэтому даже не могла вообразить боль от потери другого человека.

Я молча кивнул.

— Но я ведь... Я не знаю, как это сформулировать... Ну, в общем, я ее любил. Пусть даже она делала больно и себе, и мне, и кому попало вокруг — желания расстаться с ней у меня не было. Семья есть семья. Весь следующий год прошел в бесконечных дрязгах. Целый год без надежды на спасение. Нервы истощились, на будущее перспектив никаких. Но, в конце концов, мы этот год пережили. Сожгли все, что напоминало о ребенке, и переехали на новую квартиру.

Он допил второй «он зе рок» и глубоко вздохнул с явным облегчением.

— Я вот думаю: если бы вы сейчас встретились с моей женой — хорошо бы вам была разница заметна? — Он сказал это, не отрывая взгляда от стены напротив.

Я молча допил пиво и взял горсть арахиса.

— Ну, так я вам в частном порядке скажу: сейчас она мне больше нравится, — сказал он.

— А ребенка больше не будете заводить? — спросил я, чуть помолчав.

Он помотал головой:

— Наверное, уже никак. Я-то может и хотел бы, но жена не в том состоянии. Хотя меня, в общем-то, устраивает и так, и так.

Бармен предложил ему еще виски. Он категорически отказался.

— Позвоните моей жене как-нибудь. Я думаю, ей полезна будет такая встряска. Жить-то еще долго. Вы как думаете?

На обороте визитной карточки он написал шариковой ручкой номер телефона и вручил мне. Взглянув на код, я с удивлением узнал, что они живут со мной в одном районе. Но ничего не сказал об этом.

Он оплатил счет, и мы расстались у станции метро. Он пошел обратно на работу что-то доделывать, а я сел на поезд и поехал домой.

Я до сих пор не позвонил ей. Во мне еще живет ее дыхание, тепло кожи, прикосновение мягкой груди — и все это повергает меня в смятение, совсем как в ту ночь четырнадцать лет назад.

@темы: Цитаты, Murakami

21:45 

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
— Люди — тупиковая ветвь эволюции. Они больше не могут развиваться. Люди умирают от рака гораздо реже, чем другие животные. Есть теория, согласно которой человек уже достиг своего предела и никогда не добьётся большего. Причина лежит в том, что люди стали безмозглыми тварями, бездумно растрачивающими всё, чем наделила их природа. Они позабыли силу, которая дала им жизнь и живут лишь ради удовлетворения собственных желаний. Тебе не кажется, что они бесполезны? Человек — это звучит гордо, если только закрыть глаза на то, что это слово означает. Так что тебе не стоит оставаться жалким человеком.
<…>
— Кто ты такой?
— Я — Бог. (Serial Experiments Lain)

Любому событию предшествует пророчество. Только тогда, когда есть пророчество, событие может свершиться. (Serial Experiments Lain)

Возможно, то, что проходит через Сеть — не просто электронная информация. Если предположить, что электрификация и телефонизация создали Сеть, то что, если в этот момент был создан новый мир? (Serial Experiments Lain)

Настоящий мир вовсе не настоящий. (Serial Experiments Lain)

Сеть и настоящий мир — одно и то же. (Serial Experiments Lain)

И в моменты счастья жизнь нас тычет носом в грязь (Junjou Romantica)

То, что случилось однажды, может случиться и дважды. (Junjou Romantica)

— Ты нарушаешь мои права! Это клевета! И вообще, почему ты постоянно меня лапаешь?! Знаешь как это называется?! Сексуальное домогательство! Преступление!
— Почему лапаю? Что за бессмысленный вопрос? Ведь ответ очевиден….*фанфары*… Потому что хочу! (Junjou Romantica)

Я чувствовал, как его слезы попадали мне на кожу и неясные чувства переполняли меня. «Если бы я только мог всегда оставаться рядом с ним. Если бы только я мог стать для него единственным». Такие мысли проносились у меня в голове. И я стоял там, не способный разжать руки и отпустить его. (Junjou Romantica)

Даже произнеся всего лишь несколько слов, можно донести все, что хотел сказать. (Junjou Romantica)

Сомнений нет, не будь тебя рядом… Я бы не смог прожить. (Junjou Romantica)

Как тебе удается всякий раз делать людей счастливыми? (Junjou Romantica)


Думаешь, это у меня хобби такое — прилетать аж из Австралии, просто чтобы встретиться с дяденькой и отколоть пару приколов? (Junjou Romantica)

Я не верю в судьбу. Я всегда думал, что это не более, чем стечение обстоятельств…
Но если встреча из простой случайности превращается в неизбежность.. и это называется судьбой, то я не против поверить в это. (Junjou Romantica)

Из всех глупостей, что ты мне говорил, эта — ШЕДЕВР…(Junjou Romantica)

Сколько раз еще он будет останавливать мое сердце? Твои руки холодные.. Тогда согрей их своим сердцем! Боль.. Наслаждение.. И стыд сводят меня с ума.. И больше всего бесит, что он утверждает, что теряет над собой контроль, хотя он видит все мои отчаянные попытки скрыть эти чувства.. Я люблю тебя.. наверное.. (Junjou Romantica)

— Мы встречаемся?
— Тебя это так шокирует? Мы живем вместе, спим в одной кровати, я делаю тебя мокрым и грязным в разных местах, делаю с тобой всякие вещи, засовываю в тебя и то и это, и ко всему прочему…
— НЕ СМЕЙ ГОВОРИТЬ ТАКИЕ ВЕЩИ ВСЛУХ!!!!!
— … ты до сих пор думаешь, что мы не встречаемся? (Junjou Romantica)

Не смотри свысока на людей, только потому что ты высокий. (Junjou Romantica)

Встреча — это лишь прелюдия разлуки. (Junjou Romantica)
Люди говорят о дружбе, но на самом деле, есть только те, кто используют других, и те, кто подчиняются. (Loveless)

— Я не понимаю, что вы хотите сказать!
— Вы не понимаете по-японски? (Loveless)

Я ненавижу бабочек, потому что они такие красивые, потому что их так легко поймать. Но больше всего я их ненавижу за то, что из уродливого кокона на свет появляется совершенство (Loveless)

Хозяин, отдающий приказы… Слуга, покорно их выполняющий… Мне нужно больше, Соби (Loveless)

Полное доверие граничит с безумием (Loveless)

На самом деле можно все, главное не оставлять улик (Loveless)

Ты врешь, как дышишь, а дышишь ты постоянно. (Loveless)

Те, кто использует дураков — сами дураки. Но дураки, которые позволяют себя использовать — полные идиоты! (Loveless)

Сложно сказать человеку, который тебе нравиться, некоторые вещи. Люди лгут не из-за того, что это им нравиться. От этого человек не становиться плохим. Это называется ложь во спасение… любимому человеку. Так как одним тяжело врать близким, другим тяжело сказать правду тем, кого они любят. Самое главное, понять насколько важен для тебя этот человек (Loveless)

… я не могу вновь стать школьницей. Та девочка, которой я была, ныне исчезла без следа, и той старшеклассницы больше нет, исчезла и выпускница. Нам никогда не стать такими, какими мы были пять минут назад. Тех нас уже нет. (Loveless)

Боль – это глас инстинкта самосохранения. Боль это доказательство того, что ты существуешь. (Loveless)

Кожа – это преграда на пути нашего единения. Она мешает нам стать единым целым. (Loveless)

@темы: Цитаты, Анимэ

21:13 

Kuroshitsuji

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
— Так как бабочки питаются нектаром, цветы вырабатывают этот нектар. Поэтому бабочки уносят его с собой. А когда цветок срезают

из-за его красоты, грустит ли от этого бабочка?
— Ей остается только найти новый цветок, так ведь?
— Весь мир — это поле цветов.

 

Раз люди верят почти во всё, то нет различий между подлинником и фальшивкой.

 

А жизнь без цели трагична и бессмысленна. (с)Сиэль

 

— Даже если у трона лежат мёртвые пешки, игра закончится только тогда, когда падёт король. (с) Себастьян

 

— Сегодня у этой леди праздник.
— Праздник?
— Да. Последний и величайший праздник в жизни, похороны. (с) Гробовщик

 

— Люди подвержены соблазну. Когда они стоят на краю адской пропасти отчаяния, они готовы встать на любую дорогу, открывающуюсь перед ними, неважно, в какую сеть они попадут, или кем они являются. (с) Себестьян

Лучше всего о местонахождении мышиных нор знает только сама мышь.

— Игра должна быть честной, иначе в ней нет смысла.

— Опыт приходит через страдания.

Ночь покроет нас с тобой,
Нас с тобой, нас с тобой.
Ночь покроет нас с тобой,
Моя милая Леди.
Лишь тогда ты все поймешь,
все поймешь, все поймешь.
Лишь тогда ты все поймешь,
Моя милая Леди.
Ведь судьбу не заберешь,
Заберешь, заберешь.
Ведь судьбу не заберешь,
Моя милая Леди.
Все когда-нибудь умрут,

Все умрут, все умрут.
Все когда-нибудь умрут,
Моя милая Леди.
Почему же все не ждут,
Все не ждут, все не ждут?
Почему же все не ждут,
Моя милая Леди?


Лучший способ познать боль, это почувствовать, как она распространяется по твоему телу.

Ненависть и печаль — все принадлежит вам. Превратите свои чувства в силу и продолжайте идти вперед.

Есть вещи, которые нельзя вернуть, если их потеряешь.

@темы: Цитаты, Анимэ

21:03 

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Человек живёт слишком мало, чтобы верить в вечность. (DN angel)

Крылья нужны даже если ты не можешь летать! В доказательство о тех днях, когда ты могла летать! (Air)

Чтоб осуществить мечту, нужно обладать ею… У тебя должен быть образ, должна быть страсть, должно быть желание…(ef - a tale of memories)

… Неужели, это — человек? Нет. Это рисунок человека. Не двигается. Не думает. Просто существует…(ef - a tale of memories)

Минори: Если ты споткнешься в коридоре ты расквасишь нос, если ты споткнешься в жизни ты ничего не получишь кроме слез (Tora! Dora!)

Такаса: О! Всего один носок! Безобразие! Где твой друг?! Я обязательно его найду для тебя! (Tora! Dora!) Такасу Рюдзи

Слезы — кровотечение души. (Tora! Dora!)

Я — Дракон, ты — Тигр. С древних времён только дракон мог сравниться с тигром. И, хотя тебя сейчас рядом нет, я прыгну сквозь время и пространство и всегда буду с тобой! И это чувство никогда не изменится… (Tora! Dora!)

В этом мире есть нечто, чего никто ещё не видел.

Что-то очень доброе и нежное. И если оно когда-нибудь попадётся на глаза, так сразу его и захочется.
Потому мир его спрятал. Чтобы его нельзя было получить так запросто. Но кто-нибудь когда-нибудь всё равно его найдёт. И достаться оно должно только тому, кто способен его найти…(Tora! Dora!)


Говорят, что в море ты или плывёшь, или тонешь. (Welcome to the NHK!)

Путь за тысячу миль начинается с одного маленького шага. (Welcome to the NHK!)

Запомни хорошенько, Бенкей. Бывают моменты, когда люди ради того, чтобы выжить, вынуждены забывать о самолюбии и смиренно терпеть унижение. (Sora wo Kakeru Shoujo)

Отдай, мой качанчик. Капуста и Бог тебя покарают. (K-ON)

В бесконечной темноте мир, где мы живем, продолжает вращаться, в небе струятся черные облака. Мне, и ей наверное тоже.. ЭТОТ МИР, кажется он нам нравится. ( She and Her Cat )

По настоящему спокойного человека нелегко вывести из себя, да и сам он злить не будет. (Skip Beat!)

Течение времени очищает прошлое и лечит раны в сердцах людей. Но есть раны, о которых не говорят. (Nana)

Смотреть без притворства в чьи то глаза, словно смотреть на себя самого. Отвернёшься первым — проиграешь. А я… не хочу проигрывать..(Nana) Reira

Говорят, если ты теряешь кого-то, то понимаешь, насколько дорог он был для тебя. Возможно, ты понимаешь истинное значение этих

слов, встретившись однажды с этим человеком лицом к лицу. Если я снова когда-нибудь со всеми встречусь, я снова буду от них зависеть. И это меня пугает… мне из этого не выбраться. (Nana)

 

Я всегда думала, что в жизни надо прочно стоять на ногах, каким бы сильным не было течение, но и плыть по течению не так уж глупо, пока оно несёт тебя вперёд…. (Nana)

Сталкиваясь с ошибками и ранами, оставшимися от них…. даже если мы признаём их, они не исчезают. (Nana)

Вместе с любовью всегда приходит боль. Чем глубже в ней тонешь, тем больнее. (Nana)

I`ll also show you a sweet dream next night… (Vampire Knight)

— Когда мы встретимся в следующий раз-я убью тебя…

— Тогда, я буду убегать от тебя вечно. Потому, что пока у тебя есть враги, ты будешь жить…(Vampire Knight)

 

У меня есть только одна причина не бросать свой пост. Я хочу найти эффективный способ уничтожения этих чудовищ, прячущихся под внешностью человека… (Vampire Knight)

 

— Зачем ты убила мою семью?! Я думал мы друзья…
— Ты о чем?! Ты до сих пор жив потому что мы друзья. (Elfen Lied)

Если ты не будешь убивать людей, рано или поздно они убьют тебя (Elfen Lied)

Уста праведника изрекают премудрость, и язык его произносит правду.
Блажен человек, который переносит искушение, потому что, быв испытан, он получит венец жизни.
Господь, карающий огонь небес, помилуй.
Эту благочестивую, такую безмятежную, такую добрую, столь славную, и не порочную линию (Elfen Lied)

5 лет… через 5 лет большинство новорождённых детишек будут такими же, как я. Если мир станет таким, тебе не найдётся в нём места…(Elfen Lied)

Ты убила Канаэ и моего отца, я не прощу тебе этого, но если ты обидишь

кого-нибудь ещё, меня наверняка снова будет мучить совесть…
Грустная девочка из нашего детства… Ню… я люблю тебя…(Elfen Lied)

 

— Пожалуйста, забудь обо всём… Я просто хотела быть с тобой…
— Да, Ню…
— Прости за все печальные воспоминания и боль… Прости меня…
— И ты меня… Ты тоже… разве у тебя самой не прибавилось печальных воспоминаний?..(Elfen Lied)

Всё же, если ты не будешь наливать кипяток сразу в чай, он всегда будет лишь теплым (Rozen Maiden)

— У неё там пусто? Что происходит?
— Она не кукла Rozen Maiden. Она просто незаконченный хлам. Больше похоже на бедняжку, что движима лишь чувствами к отцу. (Rozen Maiden)

В такие минуты я чувствую боль в сердце, в том его уголке, о котором я никому не скажу. (Beyond the Clouds, the Promised Place)

И хотя я помню, что мир, который мы искали тогда, на зелёных полях, был полон тепла, я не помню, когда меня окружили одиночество и холодный ветер…(Beyond the Clouds, the Promised Place)

Каждый день я пытаюсь дышать в ледяной воде…(Beyond the Clouds, the Promised Place)

В этом мире мы потеряли нашу землю, зато мы начали жить. (Beyond the Clouds, the Promised Place)

Мы никогда не потерпим поражения, пока душа готова побеждать… (Shaman King)

Важен не только конечный пукт, но и сам путь. Нужно иногда позволять ему вести тебя (Shaman King)

Время, ты так прекрасно, когда ты останавливаешься… (Shaman King)

Нельзя пожертвовать чем-то ради друга, если его нет. (Shaman King)

Не стоит волноваться о том, что нам не подвластно. (Shaman King)

@темы: Цитаты, Анимэ

12:49 

lock Доступ к записи ограничен

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
12:46 

lock Доступ к записи ограничен

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
12:41 

lock Доступ к записи ограничен

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
12:38 

lock Доступ к записи ограничен

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
10:06 

lock Доступ к записи ограничен

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
13:28 

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Мне все-равно, что ты чувствуешь. Но если волк умирает от голода, глядя на овцу - это очень печально.

Он не может открыть свою истинную сущность, потому что он смертельное порождение тьмы.

В воспоминаниях время останавливается. Если я буду жить только воспоминаниями, они поглотят меня навсегда.

Когда пьют твою кровь, как ты думаешь, на что это похоже? Я провела исследование и узнала, что все, у кого пьют кровь, впадают в транс. Кажется это называется экстаз. Поэтому я подумала, что это наверное приятно.

@темы: Цитаты, Koishite Akuma

20:38 

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Город накрыло одеялом
Из холодной тучи
И его не стало
Боли много или мало
Было или будет
Всем её хватало

Если что-то случится
Значит, будем молиться
Будем, будем молиться

Мы, дети из ада
Нам солнца не надо
Слезами напьемся
Смеёмся
Нас трогать не надо
И к вам, как награда
Наш смех донесется
Из ада

Пепел память о пожарах
Высохшие слезы
Молодых и старых
Люди чучела из глины
Облик свой, теряя
Изгнаны из рая
Значит, будем молиться,
Будем, будем молиться.

Мы - дети из ада,
Нам солнца не надо,
Слезами напьемся,
Смеёмся.
Нас трогать не надо,
И к вам, как награда,
Наш смех донесется
Из ада.
Мы - дети из ада...
Мы - дети из ада...

@музыка: Мертвые Дельфины - Мы дети из ада

@темы: тексты песен

11:42 

lock Доступ к записи ограничен

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
13:46 

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Если вампир, впервые отрастивший клыки, не попробует кровь женщины до следующей полной луны...Он превратится в туман и исчезнет. (c)

"Этот вампир, живущий среди нас...безжалостен. Он воплощение Дьявола...и у него нет сердца".

"Бессмертное создание живет во тьме. Не имея сердца, он приносит в жертву тела и души...тех, кого мы любим".

"Что увидишь, как проснешься...Всей душой тем увлечешься."

@темы: Koishite Akuma, Цитаты

19:35 

lock Доступ к записи ограничен

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
19:30 

lock Доступ к записи ограничен

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
16:12 

lock Доступ к записи ограничен

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
16:11 

lock Доступ к записи ограничен

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
16:10 

lock Доступ к записи ограничен

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
16:01 

lock Доступ к записи ограничен

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
19:30 

★私は可愛い虎わどの備わる羽です。^^
Жалкие человеческие существа, отчаянно проживающие свои короткие жизни, под влиянием чувств и эмоций. Люди и не подозревают, насколько глупы. Позвольте, я расскажу вам, о причине вашего существования. Вы все - наша добыча. А этот мир - наши охотничьи угодья. (с) Kaito

@темы: Цитаты, Koishite Akuma

可愛い虎の日誌てす

главная